архивы вебинаров.jpg




  

Зрительные диктанты

зрительные диктанты2.png
 
2000 предложений
4 уровня сложности
автоматическая проверка
300 рублей
 

Запомни!

Пиши с двумя НН:
стеклянный, оловянный, деревянный, безымянный, желанный, священный, медленный, невиданный, неслыханный, нежданный, негаданный, нечаянный, отчаянный, окаянный, чванный, чеканный, жеманный, доморощенный, данный, решённый, купленный, казённый, пленённый, брошенный, лишённый, обиженный, смущённый, казнённый, конченное дело, побеждённый, рождённый, пеклеванный, недреманный, пущенный, окаянный.

На главную страницуАнализ текста

Ищем черты романтизма в современном произведении

Ищем черты романтизма в современном произведении

Временной отрезок конца XVIII-1-й трети XIX вв. принято считать эпохой романтизма. Французское слово romantisme восходит к испанскому romance (в средние века так называли испанские романсы, а затем и рыцарский роман), английскому romantic, превратившемуся в 18 в. в romantique и означавшему тогда «странное», «фантастическое», «живописное». В начале 19 в. романтизм становится обозначением нового направления, противоположного классицизму. Направление это возникло как реакция на идеологию эпохи просвещения, реакция на господство канонов классицизма. 

Романтизм — это эстетическая революция, которая вместо науки и разума предлагает художественное творчество, стремление не к рациональному, а к иррациональному методу познания, провозглашает торжество интуиции и свободу духа. Романтизм становится парадигмой для всех видов культурной деятельности своего времени. Основная черта романтизма как движения — стремление противопоставить миру рассудка, закона, индивидуализма, утилитаризма, веры в линейный прогресс — новую систему ценностей: культ творчества, примат воображения над рассудком, критику логических, эстетических и моральных абстракций, призыв к раскрепощению личностных сил человека, следование природе, миф, символ, нелинейное движение и стремление к синтезу и обнаружению взаимосвязи всего со всем.

В России романтизм начинается с поэзии Жуковского. В рамках романтизма развивается ранняя поэзия А. Пушкина, затем эти идеи подхватывает М. Лермонтов, затем Ф. Тютчев. К концу 19 века парадигма вновь меняется, начинается эпоха позитивизма, порожденная научно-технической революцией. Вторая волна романтизма в России приходит опять же как реакция на идеи позитивизма и торжества разума. Возникает направление, названное неоромантизмом. Его яркие представители М. Горький и А. Грин. В дальнейшем как направление романтизм в литературе не проявлялся, можно говорить только о его отдельных чертах в различных произведениях второй половины 20 – начала 21 века.

Например, черты романтизма несет в себе вся авторская песня. Не случайно она активно зарождалась и расходилась в туристических, альпинистских лагерях, где собирались люди, склонные к уходу от постылой действительности. Самопознание, испытание себя трудностями – характерные черты молодежи конца советского периода. Черты романтизма можно обнаружить в творчестве писателей-фантастов, особенно детских писателей. Свои миры ярко и образно создает В. Крапивин. Он так мастерски рисует юному читателю художественный мир своих сказок и романов, в который уходят для борьбы со злом мальчишки наших дней, что читатель безоговорочно верит писателю. Педагогами отмечались случаи попыток смоделировать детьми описанные способы перехода «за грань» с целью попасть в параллельный мир. Также романтизм лег в основу нового жанра – фентези.

Герой фэнтези близок романтическому герою: он такой же «одинокий, отверженный, в одиночку борющийся с выпавшими на его долю испытаниями» [Гопман В.Л. Фэнтези // Литературная энциклопедия терминов и понятий / под ред. А.Н. Николюкина – М., 2001]. На близость фэнтези к романтическим произведениям указывает и О.В. Виноградова: «фэнтези является безусловно романтическим жанром с характерными для романтизма тремя основными линиями романтической типизации: открытием (или созданием) неведомых стран, созданием героических характеров и гимном творческой личности» [Виноградова О.В. Что им нужно в другом мире? // Библиотека в школе (приложение к «1 сентября») – 2001 – № 10. – С. 16-18.]

Пример анализа произведения с чертами романтизма

Черты романтизма в рассказе Натальи Метелевой «Венок гор»

Рассказ занял 6-е место в сетевом конкурсе “Эквадор”-5 под названием “Предание Круга”. Под нынешним названием он впервые опубликован в журнале “Реальность фантастики” №9, 2007. В полной версии вышел в сборнике "Фэнтези-2009", Эксмо, в ноябре 2008 г. Я выбрал этот рассказ для анализа, потому что он мне понравился как читателю.

Автор определяет жанр своего произведения как рассказ, но такой рассказ можно отнести к сказке или притче. Все действие рассказа происходит в фантастическом мире, не связанным с нашим, реальным. Мир прописан достаточно детально, повествование изобилует различными особыми названиями предметов мира. Центром действия является некое селение, находящееся в долине гор. Но автор дает намеки на отшельническое существование деревни в мире с другими культурами, возможно, в нашем мире. Герои уходят в лес и в горы на охоту, а некоторые «в большой мир счастья искать», семья главного героя пришла в селение «издалека», также в конце главные герои попадают к морю, однако не ясно, находится ли это море в том же мире, где и горная деревня. Время действия не определено. Из рассказа ясно, что в описываемом мире происходит смена времен года, бывает снежная зима и лето. Композиция рассказа отражает линейное развитие сюжета, но автор делает экскурсы в прошлое героев. Уникален язык рассказа. Автор создает особенный стиль, похожий на стиль русских преданий дохристианского времени. Стилизация достигается путем использования устаревшей лексики: «Во двор не ступали. Стояли за изгородью и молчали.» - и особого синтаксического строя языка, например, употребляется обратный порядок слов в словосочетаниях, основанных на связи согласование (сначала определяемое слово, потом определение): «друзы самоцветные», «горы вечные», «для всего рода человеческого».Также влияет на создание стиля устаревшее употребление союза «да» в значении «и»: «купцы да песенники бродячие», использование риторических фигур, свойственных древнерусской литературе. Создание особого стиля является частью замысла автора. Произведение воспринимается как живое свидетельство реально произошедших событий, только в далеком прошлом. Особенностям языка этого рассказа можно посвятить отдельную работу, но вернемся к чертам романтизма.

Основная сюжетная линия такова. Драгонь-цвет растет высоко в горах. Только мужчина может сорвать этот цветок. И только совершенно отчаянный человек может пуститься на его поиски. И вот однажды в село возвращается Вель, как считалось, погибший в возрасте 9 лет во время поисков драгонь-цвета восемь лет назад. За день до этого пропадает девочка, отправившаяся в горы. Пока одни ищут девочку, другие жители селения сосредоточили свое внимание на возникшем юноше. В его появлении много странного. Кости погибшего мальчика давно нашли, опознали и похоронили, но новоявленный Вель прошел все испытания, доказав, что он настоящий и помнит свою историю. Пропавший был хромым, а вернувшийся здоров. Кроме того, он предъявил оберег, подаренный ему перед уходом одним из уважаемых людей, и тот опознал оберег. Возникновение Веля жители связывают с исчезновением девочки. Поэтому к дому, в котором Веля воспитала его тетка, пришли все женщины селения мстить за девочку. Встав в круг, они оказывают сильнейшее телепатическое воздействие на тетку Веля, Пореку, и требуют выдать ее приемного сына. Не добившись подчинения, жители селения поджигают дом, но магическая сила оборачивается против участниц ритуала: все они погибают.

Параллельно автор делает отступления и рассказывает о прошлом героев. Оказывается, что Вель – сын людей, пришедших в селение «издалека», религиозная культура новых соседей была чужда им, в силу маги они не верили. Надеялись на себя, жили охотой и овцеводством. Отец Веля ушел на охоту, и там столкнулся с зовом природной силы, которую не смог преодолеть. В результате он бросил раненого товарища умирать в лесу и вернулся в селение. В доме он застал потерявшую разум жену, которая пыталась вилами убить трехлетнего Веля. До такого состояния ее довели женщины, вставшие в круг и применившие магическую силу. Обряд был местью за погибшего в лесу раненого соплеменника. Кровью мстили за кровь. Мужчина убил обезумевшую жену и понес ее хоронить в горы, его также убили стрелой в спину. Вель остался с десятилетней теткой, сестрой матери, которая проявила твердость характера и отказалась от помощи странных соплеменников. Выжила сама и вырастила Веля. Но молчаливая вражда между ней и остальными продолжалась. В 15 лет, пытаясь приобрести неприкосновенный статус, она усыновляет Веля, но это ей не помогает. В ходе магического ритуала ее насилует ровесник Догляд, от чего рождаются двойняшки: мальчик и девочка, которых племя забирает у матери и воспитывает как «детей Круга». Во время сумасшедшего обряда Вель чувствует непреодолимый зов драгонь-цвета и уходит в горы, где претерпевает трудности и погибает. Но, утратив тело, он воскресает вновь и становится святым, дагом, призванным помогать немощным. Его двоюродная сестра Липка чувствует зов в том же возрасте, что и Вель, и уходит в горы. Там она встречает Веля и рассказывает о своем предназначении. Она должна порвать круг. Девочка не понимает, кого она встретила и что значит ее предназначение, но доверяется Велю, который велит ей возвращаться в долину и отправляется туда же на помощь. Оказывается, что «порвать круг» значит уничтожить магическую силу вместе с ее носительницами. Это необходимо мирозданию, потому что женщины селения готовят войну против внешнего мира. Все сюжетные линии замыкаются на финальной сцене. Найдена мертвая Липка, жители поджигают дом Пареки, но Вель знает, что делает. Совершая свой магический ритуал, он перебрасывает в другой мир себя, Пареку, Липку и душевнобольного Догляда. При этом герои умирают физически и в другом мире получают новое свое воплощение, оставаясь людьми.

Романтическим является здесь в первую очередь само создание сказочного художественного мира, в котором магия – обычное явление, мироздание обладает разумом и влияет на людей, заставляя совершать какие-либо действия. Вымышленный мир противопоставлен реальному. Единство людей с природой, взаимопроникновение всего во все, влияние людей на мир посредством магии, реальное существование богов и святых, возможность реинкарнации и новых воплощений - вот чем отличается описанный мир от нашего, описанного наукой совсем иначе. И если бы автор не показала духовное вырождение поклонниц матриархата, можно бы было поспорить, чей мир лучше. И наш мир выглядел бы блеклым и бледным по сравнению с чудесным и сказочным миром «Венка гор». Писательница рисует совершенно романтичную дикую природу, в согласии с которой выживают сильные люди. «Говорили - не всякий нашедший чудо горнее сможет раскрыть его душу, а не раскроет - так и останется лежать рядом, не в силах ни взять, ни оставить, и будет слушать зов несмолкаемый, пока не умрет, а, может, и дольше. «.Характерным для романтизма является и обращение к старине, вероятно дохристианской, хотя не факт, что речь идет о Руси. Вот как описываются элементы быта и оружие: «В оконце, пробив пленку пузыря, влетела стрела с горящей паклей». Такую обстановку можно представить по описаниям историков в начале тысячелетия.

Черта романтизма – создание мифа. Весь рассказ пропитан выдуманной мифологией. Жители долины верят в бога, судя по обрядовой стороне, - языческого в нашем понимании. Более того, автор не просто создает религию селения. Бог действительно существует и все живут согласно его законов, которые реально действуют. Так становится душевнобольным насильник, наказанный по древнему закону, так возвращается злая сила против женщин, так воскресают из мертвых главные герои.

Черта романтизма – использование символов. Вся сеть повествования пронизана различными символами. Главный символ – драгонь-цвет, который оказывается вовсе не самоцветным каменным цветком, приносящим счастье, а процессом и сутью познания магической реальности и самого себя. «Драгонь-цвет растет всюду - неслышно, как молчаливая трава под ногами. Незримо, как воздух. Он прорастает сквозь мир и становится с ним единым, впитывает его и питает. Его соки, как кровь, протекают сквозь сердце земли. Он - как ладонь, раскрытая в вечность. Связует пустоту и становится древом с листьями звезд, с корнями - поющими струнами времен.

Драгонь-цвет - Дорога. Бесконечная, единая от начала до другого начала. Она несет тебя в своей ладони и, когда раскрывает ее - ты становишься в мире. Чем хочешь стать, тем и станешь, мальчик. Куда хочешь ступить, туда и ступишь. Драгонь-цвет растет через твое сердце. Дорога проходит сквозь тебя, но ты не видишь ее и ступаешь по бездне, думая, что крепко стоишь на земле. Ты падаешь, мальчик, с ладони своей дороги. Ты пробил мир каменной душой и думаешь, что та яма, куда падаешь, - и есть мир. А это - ты, сам себе ставший бездной». Этот отрывок полон различных интерпретаций символа. Также символичны обряд вечего Круга, оберег, смерть животных, обряд усыновление с использованием молока и так далее.

Хотя весь мир произведения в принципе - попытка автора уйти от реальности, герои также постоянно уходят. Мотив ухода, дороги, бегства – один из основных мотивов рассказа. Семья героя пришла откуда-то в селение, значит, ушла из внешнего «большого мира». Здесь мы уже прослеживаем мотив бегства героя в особый романтический мир. Но автор на этом не останавливается. Совершенно как лермонтовский Мцыри, уходит в горы Вель, а через восемь лет его двоюродная сестра. До этого ушел в горы отец Веля. Всех их там ждут тяжелые испытания и в результате физическая смерть. Автор не жалеет красок для описания страданий, выпавших на долю героя в горах. «Горы вздымались молчаливо, незыблимо, как Вечий Круг. Срываемый ветром, мальчик цеплялся за выступы и трещины, приникал к каменной груди, сухой и безжизненной, как старческая плоть. Он давно потерял свой костылик. Но его руки всегда были сильными. И теперь жили отдельно от тела и разума, волокли, поднимали неотвязную обузу. Высоко ли в гору заползет хромая улитка? - спрашивали у камня обледенелые пальцы...»… «После первого же дождя поскользнулся на уступе. Изувеченная нога застряла между валунами, хрустнула хворостинкой. И вспыхнувшая боль слилась с зовом драгонь-цвета»... «Вель стал чужим самому себе. Эти кровавые лохмотья содранной кожи - не его. Этот распухший от жажды, не вмещавшийся во рту язык, - не его. И всё горевшее болью тело - чужое.». «И Вель откликнулся, поднялся из глубин пещеры, поспешил к девочке. К той, что пришла за драгонь-цветом и висела над пропастью. И страшнее смерти для нее было - не ответить зову, не исполнить то, зачем пришла. Он поймал ее, уже летящую в разинутую пасть небытия. Кинул шнур, сплетенный из силы земных корней. Священный шнур драга, созидающего путь.

- Откуда ты, маленькое чудо? - спросил Вель.

- Издалека, - шмыгнула девчонка разбитым в кровь носом.»

Описаны поистине исключительные обстоятельства, которые оказываются не властны над исключительными героями. Здесь мы видим призыв к раскрепощению личностных сил человека, следование природе.

Образы романтических героев также строятся в традициях направления. Герой, ставший святым, априори одинок. Лейтмотивом всего повествования становится фраза «Ты один». Ею и заканчивается рассказ. « Ты зовешь себя из бездны, но где ты сам, - тот, кто зовет? Ты един с тем, кто уже там, куда хочешь придти. Ты - один.», «Дорогой драга идут в одиночку. Даже если весь мир несешь в себе, ты – один». Одиночество – характерная черта романтического регоя. Также романтической чертой является обладание необычными качествами. Даже на фоне жителей долины, которые могут забирать и использовать силу животных, главные герои сильно отличаются наличием необычных качеств. Порека с детства знает силу трав, Вель вообще стал почти божественным существом, его сестра в восьмилетнем возрасте смогла пройти непроходимые горы, которые, как считалось, не может пройти женщина вообще.

Таким образом, в рассказе Натальи Метелевой мы находим все основные черты романтизма: создание яркого, необычного художественного мира, бегство, странничество одинокого, но сильного героя, способного слиться с природой и справиться с ее силой, преодоление героем нереально серьезных препятствий, создание мифа и использование символов.

1. Ванслов В.В. Эстетика романтизма – М., 1966. – 404 с.

2. Виноградова О.В. Что им нужно в другом мире? // Библиотека в школе (приложение к «1 сентября») – 2001 – № 10. – С. 16-18.

3. Гопман В.Л. Фэнтези // Литературная энциклопедия терминов и понятий / под ред. А.Н. Николюкина – М., 2001 – С. 1161-1164.

4. Манн Ю. Русская литература XIX в. Эпоха романтизма. М., 2001

5. Мелетинский Е.М. Поэтика мифа – М., 2000. – 407 с.

6. Обломиевский Д.Д. Французский романтизм – М., 1947. – 356 с. 6. Тертерян М. Романтизм как целостное явление // Вопросы литературы – 1983 – № 4. – С. 151-181.

7. Поэтика романтизма и фэнтези Толкачёва В.С., аспирант кафедры литературы Ульяновский государственный университет.


Теги: романтизм, неоромантизм, анализ текста, Венок гор, миф, мотив бегства, двоемирие
Автор:  Юлия Фишман
Свидетельство о публикации № 890344 от 18 Ноя 2016
ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Возврат к списку